"Проникшись идеями нетерпимости к действующей власти"

В начале марта политолог, член партии "Демократический выбор" Константин Жаринов поделился на своей странице "ВКонтакте" материалом под названием "Обращение "Правого сектора" к народам России". Авторы записи призывали россиян проводить акции протеста против действующей власти, создавать партизанские отряды, перекрывать дороги и разрушать военную инфраструктуру. Блогер перепостил текст из сообщества украинских националистов без каких-либо собственных комментариев.

Теперь Жаринову грозит до четырех лет реального срока. Возбужденное против него уголовное дело по статье "Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности" 29 сентября уже начал рассматривать суд. В обвинительном заключении и экспертизах по его делу сделан странный вывод — блогер тенденциозно отбирал материал для публикации на личной странице, выбирал записи с "оппозиционной информацией" и именно поэтому заинтересовался обращением "Правого сектора" и оказался готов "поддержать" его. Сам Жаринов настаивает, что заинтересовался обращением "Правого сектора" как историк и политолог, изучавший террористические организации, а вовсе не стремился поддержать авторов воззвания. На тему боевых организаций он написал несколько научных исследований. Первое — в 1999 году.

Жаринов отмечает, что интерес право охранителей к злополучному репосту пережил определенную эволюцию. Сначала на запись обратили внимание сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом, в результате чего оппозиционера вызвали в прокуратуру, где выписали ему предупреждение о недопустимости нарушения закона. Через месяц его вызвали на допрос в ФСБ, но на тот момент политолог не предполагал, что ситуация выльется в уголовное дело. Участие в его деле разных силовых ведомств, да и само его возникновение член "Демвыбора" связывает со своей политической активностью, предлог для заведения дела он считает формальным.

В деле содержится рапорт оперуполномоченного ОВД Центра по борьбе с экстремизмом по Челябинской области, в котором перечислены пикеты и митинги, в которых участвовал Жаринов. В том числе посвященных "вопросам свободы собраний и уголовного преследования гражданских активистов за политические убеждения, а также в поддержку Алексея Навального".

Кроме того, интересно в обвинительном заключении описан контекст написания Жариновом объяснительной в ходе допроса ФСБ. "Жаринов К.В. сообщил, что обязуется в дальнейшем не использовать материалы наглядной агитации, противоречащие закону, но, несмотря на это, 18.03.2014, проникшись идеями о нетерпимости к действующей власти <...>, разместил также на своей личной интернет-странице в социальной сети "ВКонтакте" обращение социальной группы "Россия без Путина" оппозиционного характера:

"Сегодня в Москве в 18:00 пройдет очередной Путтинг. Митинг, на который силой сгоняют дворников и бюджетников всей Москвы, а с ближайших регионов, в том числе моей Воронежской области, сотнями свозят молодежь, которая за возможность бесплатно съездить в Москву и послушать российскую эстраду будет исполнять роль массовки. Из Воронежа приехали десятки автобусов — в соцсетях набирают желающих. Это не Россия — это позор моей Родины. У нас с вами общий враг ПУИТИН. Но скинуть его намного сложнее, чем Нуковича". Какая противозаконная информация содержится в записи, в обвинительном заключении не сообщается.

Стоит отметить, что Жаринов сделал репост обращения "Правого сектора" еще до того, как Роскомнадзор заблокировал все сайты и страницы, связанные с "Правым сектором" и лидером организации Дмитрием Ярошем, а сеть микроблогов "Твиттер" по требованию ведомства ограничила доступ к русскоязычной странице националистической организации на территории России.

На первом заседании адвокат ходатайствовал о возвращении дела в прокуратуру на основании ряда процессуальных нарушений, допущенных в ходе следствия. Прокурор попросил пару дней на ответ и уже 1 октября выступил против просьбы адвоката. Судья в удовлетворении ходатайства отказала, назначив следующее заседание на 21 октября. На нем, как ожидается, выступит первый свидетель обвинения.

"Судья приняла решение в считанные минуты. На написание всего ответа у нее ушло в разы меньше времени, чем на его оглашение",

— не без иронии замечает Жаринов.

Своеобразно выглядит обвинительное заключение по делу. Напрямую Жаринову "идеологические проступки" не вменяют, но его оппозиционная политическая позиция подается как доказательство виновности. В частности, в документе подчеркнуто, что подсудимый, "являясь сторонником оппозиционных взглядов, с 2012 года принимал постоянное участие в публичных мероприятиях в форме митингов и пикетов на территории Челябинской области".

В том же документе чуть ли не как преступление или по крайней мере подготовка к нему подана и активность обвиняемого в Интернете: "Также Жаринов К.В. умышленно и целенаправленно находил в телекоммуникационной сети Интернет материалы оппозиционного характера, которые размещал на своей личной интернет-странице социальной сети "ВКонтакте". На основании этих заявлений следователь делает неожиданный вывод:

"Тем самым Жаринов К.В. проникался идеями о нетерпимости к действующей власти на территории Российской Федерации, принимая идеи о допустимости воспрепятствования законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, соединенного с насилием либо угрозой его применения".

В результате чего, по мнению следователей, обвиняемого "заинтересовала тема и содержание" обращения "Правого сектора".

То есть в основу обвинения фактически положены предположения. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу России, домыслы и предположения не могут быть основой для обвинительного приговора, а все сомнения должны трактоваться в пользу обвиняемого. Тем не менее в этом обвинительном заключении оппозиционная деятельность Жаринова безапелляционно увязывается с "поддержкой "Правого сектора".

Одна из психолингвистических экспертиз, легших в основу дела, содержит не меньше удивительных формулировок. Во-первых, в ней перед экспертом поставлен заведомо неправомерный вопрос, содержат ли отданные на экспертизу тексты со страницы Жаринова "публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности". Недовольства следователей это не вызывает. При этом в случае приложенной стороной защиты внесудебной психолингвистической экспертизы следователи обращают внимание на неправомерность схожего вопроса, ссылаясь на постановление Пленума Верховного суда, которым прямо запрещено спрашивать исследователей о наличии в текстах призывов к экстремизму.

Во-вторых, эксперт не дает ответа ни на этот вопрос, ни на другие, поставленные перед ним, а вместо этого делает только один вывод, который и использован в обвинении — о том, что Жаринов целенаправленно осуществляет отбор "определенной социально-политической оппозиционной информации по сети Интернет для дальнейшей передачи".

При этом интересен и анализ экспертом конкретных материалов. Так, перепост видео с казаками, избивающими участниц Pussy Riot, трактуется как содержащий "вопросы противостояния социальных групп "PusiRiot" и казаки". "В социальном сознании данное явление идентифицируется как политическое противостояние оппозиционных и патриотических сил.

Таким образом, следует заключить, что содержание репоста выражает оппозиционное отношение к действующей власти и политике",

— делает эксперт выводы о репосте ролика. Большинство других перепощенных записей оценено как "выражающие негативное отношение к действующей власти".

В свою очередь защита намерена использовать психологическую экспертизу Жаринова, согласно которой ему не свойственны черты, которые могли бы вызвать экстремистское поведение. Однако и это исследование, и независимую психолингвистическую экспертизу репоста, и исследование Жаринова на полиграфе, подтверждающее, что у него не было экстремистских мотивов, следователи ставят под сомнение.

Ряд правозащитников считают преследование Жаринова неправомерным. Так, эксперты информационно-аналитического центра "Сова", изучив характер других публикаций Жаринова в социальных сетях и блогах и его высказывания о сделанном репосте уверены, что ему "несвойственна агрессивная риторика". По их мнению, правоохранительные органы могли ограничиться требованием удалить репост (Жаринов это сделал), а уголовное преследование они находят "непропорциональной мерой".

Алексей Бачинский